Почти всю дорогу до Вашингтона Мясник и Джимми Шляпа гоготал и до посинения, вспоминая о том, что произошло в клубе. В столице предстояла более сложная работа. Мистер Маджоне приказал им заехать в Балтимор, чтобы произвести должное впечатление на местных. Дон подозревал, что парочка тамошних капо крысятничают. Мясник считал, что задание он выполнил.

Это было основой его репутации: он не только слыл профессиональным убийцей, но он и был неотвратим, как инфаркт, для любого, кто ест яичницу с беконом.

Они уже въезжали в округ Колумбия, двигаясь по обычному для туристов маршруту: мимо памятника Джорджу Вашингтону и других достопримечательностей.

— «Страна моя, любимый край!» — пропел Джимми Шляпа очень серьезно и очень фальшиво.

Салливан коротко рассмеялся:

— Ну и певец из тебя, Джимми, мой мальчик! И где это ты только выучился таким песням — «Страна моя, любимый край!»?

— Приходская школа Святого Патрика, Бруклин, Нью-Йорк. Там я выучился всему: читать, писать, считать. И там же встретил этого чокнутого урода по имени Майкл Шон Салливан.

Двадцать минут спустя они припарковали свой «понтиак» и присоединились к толпе молодежи, допоздна болтавшейся на Эм-стрит в Джорджтауне. «Куча бездельников и уродов из колледжа, панки траханые и профессиональные киллеры, — думал Салливан. — Ну и кто из нас лучше устроился в жизни? Кто добился своего, а кто нет?»

— Ты когда-нибудь хотел пойти в колледж? — спросил Шляпа.

— Не-а. Никак не выходило, чтоб на это бабки оставались. В восемнадцать я заколачивал семьдесят пять штук в год. А кроме того, мне нравится моя работа!